Ресторан Аист в 2018 году

Сайт заведения гордо декларирует, что в «современном трехэтажном особняке» гостей ждут «итальянская кухня от Мирко Дзаго, фирменный сервис от Аркадия Новикова и приятная атмосфера». Дабы проверить, как обстоят дела в кафе-ресторане «Аист» в реальности, в среду вечером я подошел к размашистой веранде на пересечении Большой и Малой Бронных. Прямо с порога молодая девушка-хостес проинформировала меня о том, что второй этаж-ресторан закрыт, карты не принимаются, а присесть можно только в кафе на первом этаже. Лишенный выбора, я проследовал за дамой внутрь, где меня поджидали полумрак, кальянные ароматы, много темного дерева и громкая музыка. Обстановка и планировка в «Аисте» не менялись годами. Г-образный зал включал в себя два уровня, барную стойку, подсвеченный десертный прилавок, высокие окна и плотную, селедочно-бочковую, посадку. Мебель старая, грузная. Столы потрепанные. Диваны с провалами. Кресла засасывающие. Хотя пространство делилось на кальянную и некурящую зоны, толку от этого не было. Густой дым беспрепятственно расползался по всему жаркому, слабо проветриваемому помещению, оседая на еде и одежде. %photo% Несмотря на появление господина Дзаго, меню в «Аисте» осталось старомодное, сумбурное и заточенное под стиль раннего Новикова. Суши подмигивали борщу, паста и ризотто обнимались с бефстрогановом, сельдь под шубой заигрывала с карпаччо, а героини «прибрежной» Москвы, свежие устрицы, уживались с блинами и оливье. Цены выше среднего и никаких карточек, только нал.

Еда в мой визит удивила не только архаичностью рецептуры, но и халтурной работой кухни.%menu%«Хлебная корзина» пустая, грустная, вчерашняя, без масла, без удовольствия или намека на аппетитность.

«Тартар из лосося и огурца» – набор из мелко нарезанного огурца и рыбы, от которой исходил явный аромат несвежести. Причем запах этот был настолько сильный, что его не смогли заглушить даже кальянные облака.

«Ролл Филадельфия» страдал от схожей лососевой несвежести, а еще в нем оказались кислый, сухой, холодный рис, плотная нежующаяся полоска нори и невнятный сливочный сыр «не-Филадельфия».

«Борщ с говядиной, копченой сметаной и пампушками» выглядел, наверное, достойно, но убедиться в этом из-за тусклого освещения было сложно. Что же до вкуса, то борщ можно было бы сравнить с обычным столовским супом, съедобным, но безрадостным.

«Яйцо Бенедикт, спаржа и шпинат» — неопрятная конструкция, состоящая из лужи белого неоднородного соуса в стиле любительского «Бешамель», нескольких полосок обрезанной спаржи, вялого прохладного шпината, куска обычного тоста и яйца «Пашот». Из всего этого набора порадовало только яйцо. Его приготовили достойно, но помочь блюду оно, увы, не смогло, силенок не хватило.

«Тальятелле с копченой говядиной, красным луком и сыром пекорино» не доварили, отчего паста вышла плотная, местами хрустящая и совсем неаппетитная. Хотя томатный соус был достойного качества, ему мешала говядина с ароматом жидкого дыма. Также палки в колеса соусу подсовывала сырная стружка, в которой пекорино совсем не читался.

«Воронежский стриплойн» появился на куске хлеба и, судя по чеку, вмещал в себя 300 граммов, но, на мой взгляд, до заявленной массы ему не хватало граммов 100. Стейк был правильной прожарки, отдохнувший, сочный, но жесткий. Роль гарнира исполняла «Спаржа на гриле». Она была мелкая, короткая, съедобная, но не более.

«Жареный кальмар во фритюре с соусом тар-тар» предстал в виде бумажного кулька, в котором сидели с десяток мелких кальмаристых кружков, испускавших неприятный душок испорченности. Более того, кальмар имел странный кислый привкус, что только усилило мои опасения. Соус тар-тар выглядел так, будто простоял в открытом виде часа два, и ничего стоящего в блюдо не привнес.

«Осьминог с копченой фасолью» оказался неприлично резиновый и совершенно пресный. Жевать его было не только скучно, но и сложно, а единственная радость блюда таилась в мелком шлепке вкусного пюре из фасоли.

Обслуживание в мой визит было медлительное, бестолковое, безучастное, молчаливое и слабослышащее. Блюда приносились как попало, воду и вино подливал себе я сам. Профи-сомелье, открыв вторую бутылку вина, выплеснул содержимое в старый бокал с остатками без всяких проб и замен. На мое возражение молодой человек ответил просто: «Я профессионал, я по пробке могу определить качество вина».

Итог таков:

Кафе-ресторан «Аист» – отличный пример московского парадокса. Обслуживание пропитано непрофессионализмом, освещение – мрак и тьма, сомелье определяет качество вина по пробкам, еда – набор ошибок и недочетов, посадка – спина к спине, в воздухе витает кальянный дым, вокруг духота, карточки не принимаются, и тем не менее в 11 вечера в среду на первом этаже аншлаг. Парадокс, да и только! Что же до глубоко уважаемого мною Мирко Дзаго, то, похоже, он своими модными блестящими итальянскими ботинками вкусности вляпался в столичную лужу посредственности и безразличия.